Где правда. Ритуальное убийство «по-еврейски»: как начинался крах Российской империи. Почему крах путинской россии неизбежен

К концу 1980-х годов советская экономика находилась в состоянии свободного падения — отчасти из-за гонки вооружений, которую она не один десяток лет вела с Америкой. Разрушение финансовой системы вынудило советского президента Михаила Горбачева осуществить первые за несколько десятилетий социально-экономические реформы, побудив своих сограждан к выражению недовольства и грубому произволу. В 1991 году власть потерпела крах, и империя распалась, пишет журналист Пол Шинкман для издания .

Распад Советского Союза приобрел новый смысл в 2016 году, по мере того, как против бывшего противника США в холодной войне, судя по всему, складываются похожие неблагоприятные обстоятельства, в связи с чем возникают вопросы о том, что страна, возможно, опять взвалила на себя непосильное бремя.

При Владимире Путине Кремль в начале 2000-х годов консолидировал возрождающуюся экономическую мощь России в руках нескольких надежных представителей деловых элит, не диверсифицировав при этом экономику и не ослабив ее зависимость от продажи нефти. Совсем недавно на фоне растущего авторитаризма режима усилилось народное недовольство — как раз когда в результате падения мировых цен на нефть финансовое положение страны резко ухудшилось. В ответ Путин решил спровоцировать волну национализма, на гребне которой начала расширять границы своего мирового влияния путем захвата территорий и использования воинственной риторики. Внутри страны Путин создал для своего народа образ врага (а именно, Запада), которого можно обвинять во всех финансовых проблемах — и народа, и всей России.

Его популярность стремительно выросла. Но его стратегия проведения политики авантюризма за рубежом с тем, чтобы нейтрализовать оппозицию внутри страны, дается ценой немалых усилий.

На фоне предпринятых не так давно действий по переброске войск в Сирию и к украинской границе некоторые утверждают, что Москва взвалила на себя и выбивается из сил. При этом ее провокационные действия стали причиной введения жестких международных санкций, которые еще больше давят на российскую экономику и провоцируют ответные военный действия, в результате которых, опять же, происходит сосредоточение западной техники у российских границ.

И теперь сам Путин уже говорит, что Россия и Запад находятся на пути к новой холодной войне.

Российский президент заявил в пятницу, что новая система ПРО стоимостью в несколько миллионов долларов, которую США развернули в начале этой недели на месте бывшей советской базы в Румынии, стала одной из серии «угроз, возникающих» перед Россией, которую он пообещал «купировать».

В этом отношении Путин, видимо, сам себя загнал в угол.

В начале этого месяца в Германии глава оборонного ведомства США Эш Картер стоял на трибуне тщательно ухоженного плаца на месте проведения парада, всего лишь в 300 километрах от западной окраины бывшей советской империи. Штабные офицеры до этого говорили, что это будет не совсем обычная церемония смены командования. И, на самом деле, высказывания Картера были больше похожи на формулировки военной стратегии, нежели на торжественные речи, обычно сопровождающие смену генерала, возглавляющего Европейское командование вооруженных сил США в Европе, дислоцированного здесь, в пригороде Штутгарта.

«Несмотря на прогресс, достигнуты совместно после окончания холодной войны, у России, судя по всему, в последние годы возникли намерения подорвать принципиальный международный порядок, который так хорошо и так давно служит нам, нашим друзьям и союзникам, международному сообществу и самой России», — сказал Картер. Обстановка мероприятия, проходившего на территории бывшего штаба фашисткой танковой дивизии, была «поэтической» и слегка навевала воспоминания о тех временах, когда Европа в последний раз была свидетелем того, как одна страна нападает на другую (задолго до того, как Россия не так давно вмешалась не в свои дела).

Картер продолжил свою речь, перечисляя факты вторжения Москвы на Украину, в Грузию и Молдавию, использования ею обычного оружия и электронных средств борьбы, а также то, что «тревожит больше всего — угрозы Москвы применить ядерное оружие».

Он упомянул и 3,4 миллиарда долларов, которые выделили в этом году на укрепление своих позиций в Европе. Эти средства, в четыре раза превышающие прошлогодний бюджет, послужат вкладом в дело укрепления новой позиции США в отношении континента, согласно которой военная мощь США будет расти постоянно и без ограничений. На самом деле, где-то в начале следующего года в Польше будет размещена американская бригада, которая будет там находиться на постоянной ротационной основе. Кроме того, США активно рассматривают вопрос о проведении новых перемещений четырех батальонов вооруженных сил США и стран Европы, направляемых, на языке НАТО, «на восточный фланг» — вероятно, куда-нибудь в страны Балтии.

Добавьте к этому еще противоракетный щит, который США развернули во вторник, стоимостью примерно 800 миллионов долларов.

«Мы не стремимся к холодной войне с Россией — и уж тем более, к горячей. Мы не собираемся делать из России врага, — заявил Картер. — Но, вне всякого сомнения, мы будем защищать наших союзников, основанный на правилах международный порядок и то позитивное будущее, которое нам этот порядок может обеспечить».

Реакция России была для него вполне предсказуемой.

На следующий день после выступления Картера министр обороны России Сергей Шойгу заявил, что Россия перебросит к своим западным границам около 30 тысяч военнослужащих «с целью противодействия наращиванию сил НАТО в непосредственной близости от российских границ».

Некоторые утверждают, что в результате действий русским, возможно, придется понять, что их возможности ответных военных действий ограничены.

«Необходима стратегия по обеспечению порядка, сдерживанию агрессии, сдерживанию агрессивной природы русских, — говорит бывший пехотный офицер Уильям Тэйлор (William Taylor), который с 2006 п 2009 годы был послом США на Украине. — Но если при этом русские будут так же растрачивать свое силы и средства, как они это делали, проиграв холодную войну, то это тоже будет оказывать сдерживающее действие».

Казалось бы, признал, тяжелое финансовое положение своей страны и исторический опыт, когда отчетливо заявил в пятницу, что не позволит втянуть Россию в затратную войну с Западом — наподобие гонки, связанной с крайне дорогостоящей системой противоракетной обороны «Стратегическая оборонная инициатива», которую предложил президент Рональд Рейган в 1993 году, и которая получила известность как программа «Звездных войн». Тогда советская экономика уже находилась в тяжелом положении (как и российская сегодня) из-за низких цен на нефть, а те новые возможные угрозы со стороны США, создавали для экономики дополнительные трудности. Не желая повторения прошлого опыта, Путин пообещал планировать сегодняшние оборонные расходы с учетом новых приоритетов.

Однако другие считают военное противоборство с Москвой опасным — даже если более широкое военное присутствие США будет способствовать в ближайшей перспективе успешному сдерживанию

«У России имеются колоссальные внутренние проблемы. Мы это знаем и понимаем, — заявил на прошлой неделе на заседании Атлантического совета бывший министр обороны США Чак Хэйгел. — И многого из того, что происходит сейчас, они выдержать не смогут. Но пока большой вред причиняется здесь».

Хэйгел, непосредственный предшественник Картера, выступает против наращивания группировки американских войск в Европе, имея в виду, насколько опасно полагаться на военные решения политических проблем. Вместо этого он выступает за прямой диалог с Путиным — человеком, который, по словам Хэйгела, понимает и признает лишь переговоры на высшем уровне.

«Пока не будет начат этот диалог между двумя лидерами,… вы будете и дальше вести гибридную войну чужими руками, которую мы фактически наблюдаем на Ближнем Востоке и в Сирии», — говорит он.

«Если мы продолжим укреплять восточный фланг НАТО — развертывать там больше батальонов, проводить больше учений, направлять туда больше кораблей и платформ, то русские будут предпринимать ответные действия, — утверждает Хэйгел. — Я не совсем уверен, существует ли здесь по-настоящему стратегическое мышление. Это реакция, это тактический рикошет — от кризиса к кризису».

По прогнозам в 2017 году поднимутся снова, а это значит, что Россия, возможно, почувствует, по крайней мере, некоторое ослабление своих экономических трудностей. В декабре Путин заявил, что в расходную часть бюджета была заложена стоимость нефти на уровне 50 долларов за баррель. Тогда цена на нефть упала до 38 долларов, а затем (по состоянию на вторник) вновь поднялась до 49,35 доллара за баррель. При том, что некоторые говорят, что США должны поторопиться, чтобы наказать Россию за ее незаконные действия, другие считают, что против именно этого противника такие меры бесполезны.

«Если я понял Путина правильно, и он по-прежнему остается очень популярным — если опросы достоверны, а они, вероятно, вполне нормальные — то я не думаю, что он скажет: „Мы не можем себе позволить наращивать и укреплять армию“, — говорит Мелвин Левицки (Melvyn Levitsky), профессиональный дипломат, который ранее служил в госдепартаменте США и курировал вопросы двухсторонних отношений между США и СССР, а сейчас преподает в Школе публичной политики имени Джеральда Р. Форда Мичиганского университета. — Он хочет вернуть Россию на то место, где она была настолько серьезной супердержавой, что консультировала по всем вопросам».

Левицки и Тэйлор считают, что США должны оставаться готовыми к дипломатическому возобновлению дружеских отношений с Россией — лишь бы восстановить то, что хочет каждая из сторон, и сотрудничать в вопросах, представляющих взаимный интерес.

«Если вас больше всего интересует, сможем ли мы так или иначе поставить их на колени, то думаю, что это вряд ли, — говори Левицки. — Да, мы можем продолжить и наказывать их еще сильнее. Но есть ли такой предел, когда они скажут: „Все, мы сдаемся“. Сомневаюсь».

Но это не значит, что США не должны выполнять своих военных обязательств до тех пор, пока Россия не решат, что ей пора вновь стать членом сообщества цивилизованных стран, — говорит Тэйлор, работающий сейчас в Американском институте мира. — У г-на Путина нет возможности продолжать все это вечно».

Мнения, высказанные в рубрике «Мнения», передают взгляды самих авторов и не обязательно отражают позицию редакции. Редакция сайта не отвечает за достоверность таких материалов, а сайт выполняет исключительно роль носителя

В декабре 1991 года мы услышали фразу: «СССР прекратил свое существование». Скоро мы услышим похожую фразу в отношении РФ (текст и заголовок аутентичны — М1).

Об этом пишет бизнесмен, яхтсмен Евгений Платон, информирует news.еizvestia.com .

«Остановиться можно при подъеме, но не при падении», — Hаполеон

«Если лошадь сдохла — слезай с нее», — индейская пословица (так и хочется сказать — соскавивайте с Украины — М1).

Важно помнить: крах СССР начался не в 80-х, когда упали мировые цены на нефть, а в 60-х, когда были отвергнуты косыгинские реформы и проложен курс на брежневский «развитый социализм».

С РФ аналогичная история: крах России начался не в прошлом году с аннексии Крыма, а в нулевых, когда были отвергнуты и свернуты гайдаровские реформы

и заложен новый курс на экономику фашисткого типа — путинизм.
Это начинают осознавать и «великие московские экономисты», которые констатируют: сейчас наступает клиническая смерть российской экономики. Об этом говорит доктор экономических наук, декан экономического факультета МГУ Александр Аузан.

« 50 лет, с 1965 года, с открытия Самотлора — крупнейшего в РФ нефтяного месторождения — боролась с желанием выйти на пенсию. Месторождение было открыто в тот момент, когда пытались проводить косыгинские экономичес-кие реформы. И власть решила: бог с ними, с реформами, когда есть нефть. С тех пор это решение неоднократно воспроизводилось разными властями страны. Семь-восемь лет назад экономисты, работавшие над стратегией 2020, дружно сказали: «Сырьевая модель уходит, внутренний спрос недостаточен, поэтому нужно менять модель, иначе произойдет необратимое». Это необратимое и происходит», — уверен экономист.

По мнению Аузана, есть два способа оживить российскую экономик.

Первый — провести структурные реформы, создать привлекательный инвестиционный климат, и тогда начнет работать магнит, притягивающий частные инвестиции — отечественные и зарубежные

.

«Это курс, на котором настаивают правительство и Центральный банк России. Я считаю, что делать это нужно, но эффекта не будет: для того, чтобы пришли инвестиции, недостаточно улучшить инвестиционный климат. Потому что идет война — холодная, экономическая, которая периодически вспыхивает и как горячая отнюдь не в рамках гражданской войны на Украине, — все гораздо шире и серьезнее. Этот факт резко противоречит либеральному экономическому курсу правительства. Если действует режим санкций, какие могут быть иностранные инвестиции? Плюс война — это всегда риски для отечественных инвестиций: не понятно, чего ждать и что будет», — считает московский экономист.

Второй способ лечения экономики — впрыск государственных инвестиций.

«К сожалению, их гораздо меньше, чем представляется многим, потому что мы не должны рассматривать резервы Национального банка как источник таких инвестиций: они нужны только для поддержания макроэкономичес-кой стабильности. Сегодня госинвес-тиции могут составить по разным расчетам от семи до девяти триллионов рублей, и это совсем не много. До кризиса годовые инвестиции в России составляли 15 триллионов, так что нынешних средств не хватит и на год. Кроме того, государственные инвестиции — это нечто вроде электрошока, -стимуляция сердца. Оно начнет -стучать, но потом снова может остановиться».

В общем, господа, пациент скорее мертв

, чем жив. И в этот раз, в отличие от 90-х годов после распада СССР, реанимировать его никто не будет. Умерла, так умерла. Аминь.
Почему распад Российской Федерации неизбежен?

Постараемся доказать эту нехитрую теорему, основываясь на теории систем. Из этой теории хорошо известно, что гомеостазис открытых систем обеспечивается потоками вещества, энергии, информации — это внешние потоки и присущими этим системам отрицательными обратными связями, которые являются сугубо внутренними характеристиками таких систем и обеспечивают их динамическую устойчивость.

Если происходит резкое изменение внешних потоков и/или разрушается какая-либо отрицательная обратная связь, открытая система переходит в качественно иное состояние: либо разрушается и погибает, либо разделяется на несколько подсистем, которые, в свою очередь, способны в новых условиях поддержать свой гомеостазис.

Рассмотрим с этой точки зрения современную Россию. Начиная с 1985 года, будучи еще в составе СССР, экономика РФ становилась все более и более открытой системой, обеспечивая свой гомеостазис за счет все большей и большей интеграции с Западом. К 2014 году степень интеграции достигла порядка 2трлн. долл.

Это двухгодичный объем ВВП РФ, который на 2/3 обеспечивается за счет экспорта энергоносителей. Заметим, что это очень важная характеристика системы, поскольку ее гомеостазис критически зависит от цен и экспортируемых объемов.

Что произошло в 2014 году? Руководство РФ совершило ряд вопиющих преступных нарушений международного права: аннексия Крыма, открытая агрессия против Украины на Донбассе, бряцание оружием и угрозы нанесения ядерных ударов по европейским городам.

Устойчивость развития западной цивилизации, как открытой системы, обеспечивается тремя основными отрицательными обратными связями:

Верховенство права;
Демократия;
Рыночная экономика
.

Вполне предсказуемо, что политическое руководство западных стран не может позволить РФ разрушить одну из этих связей, а именно — верховенство международного права, и, тем самым, поставить под угрозу гомеостазис собственной системы. Поэтому ЕС и США приняли вполне прогнозированное решение об ограничении потоков, которые могут изменить гомеостазис самой РФ, а именно:

понижение цен на нефть, которое, в свое время, привело СССР к распаду на 15 подсистем;
ограничение к доступу западного кредитования.
Резкое изменение внешних потоков и отсутствие в самой РФ отрицательных обратных связей аналогичных тем, которые обеспечивают гомеостазис западных стран, делает неизбежным либо разрушение РФ и переход в состояние полного хаоса, либо разделение на несколько подсистем, которые, в свою очередь, способны в новых условиях поддержать свой гомеостазис.

Что и требовалось доказать.

Лирические отступления на темы «кто в этом виноват и что делать», оставляю для удовольствия самих читателей, которые смогут легко их выразить в комментах.

Один из парадоксов сознания современного пост-совкового человека заключается в том, что если кто-то пытается ему что-то доказать научными методами с применением категорий и понятий, например, теории систем, — то очень маловероятно, что вам поверят. А вот, если вы себя объявите «ясновидящим», то будут верить даже откровенному бреду. Такие времена и таковы люди.

Сейчас главный вопрос для российских региональных элит — какие регионы смогут быстро подчинить себе местные силовые структуры, чтобы самоорганизоваться и стать способными давать отпор бандам, которые с неизбежностью материализуются и начнут терроризировать и грабить местное население. Примером для них может стать действия и опыт команды Коломойского на Днепропетровщине, если россиянам хватит ума им воспользоваться.
Те из регионов, руководство которых окажется способным на такую самоорганизацию, выживут. В остальных будет хаос и кровавое месиво. Как происходило и продолжается на оккупированных территориях Донбасса. Посмотрите на ДНР-ЛНР сейчас и будущее регионов РФ.
В декабре 1991 года мы услышали фразу: «СССР прекратил свое существование». Ничего, пережили как-то.

Скоро мы услышим похожую фразу: «Российская Федерация прекратила своё существование». У меня нет никаких сомнений, что и это мы переживем.

Российская империя не рухнула в одночасье. Её крушение – многоактная драма, где каждое из действий приближало неизбежный конец.

Государственная дума

Манифестом от 6 августа 1905 года император Николай II учредил Государственную думу. Этот законотворческий орган, призванный служить опорой власти, только вносил и без того в неспокойное российское общество смуту. Сложно было ожидать от заседаний, сопровождавшихся постоянными перебранками и нарушениями порядка, помощи в стабилизации государства.
Дума несомненно внесла свою лепту в развал империи, хотя бы потому, что своей либеральной деятельностью и подстрекательством, по сути, развязала руки левым силам, которые успешно воспользовались тяжёлой ситуацией в стране.
В канун февраля 1917 года, когда на фронтах Первой мировой войны назревал перелом, способный привести к победе русской армии, когда страна нуждалась в единении, члены ряда фракций Государственной думы только усиливали свой курс на конфронтацию между царём, правительством и обществом.
Один из думских лидеров Александр Керенский призывал решить задачу уничтожения правящего режима «немедленно, во что бы то ни стало». При этом рекомендовал не останавливаться на применении «законных средств», а перейти к «физическому устранению» представителей власти. Именно в кулуарах Думы зрел заговор, ставивший перед собой задачу свержения государя, а в случае необходимости – цареубийства.
Депутаты Думы с помощью эсеров, социалистов и рабочих организаций развернули агитацию среди петроградских рабочих и солдат запасных батальонов. Уличные протесты из-за перебоев с продовольствием они раздули в пожар Февральской революции, но оказались не способны ею управлять.

Первая мировая

Вступление России в Первую мировую войну ещё не предполагало трагического исхода. По мнению историков, если бы Николай II учёл ошибки Русско-японской войны, то можно было бы ожидать иного развития событий. К сожалению, и в управлении оборонно-промышленным комплексом, и в снабжении армии правительство наступило на те же грабли.
Генерал Антон Деникин вспоминал: «Великая трагедия русской армии – отступление из Галиции. Ни патронов, ни снарядов… Одиннадцать дней страшного гула немецкой тяжёлой артиллерии, буквально срывавшей целые ряды окопов вместе с защитниками их. Мы почти не отвечали – нечем».
«Ни к одной стране судьба не была так жестока, как к России. Её корабль пошёл ко дну, когда гавань была в виду. Она уже претерпела бурю, когда всё обрушилось. Все жертвы были уже принесены, вся работа завершена», – высказывался Уинстон Черчилль о Первой мировой войне.
Ситуацию собрались исправить, обратившись к отечественным заводчикам и фабрикантам. Но что из этого вышло? Как свидетельствовал член Артиллерийского комитета Евгений Барсуков: «При первых же известиях о крайнем недостатке боевого снабжения на фронте и возможности вследствие этого «хорошо заработать» на предметах столь острой нужды, русских промышленников охватил беспримерный ажиотаж».

Уже позднее великий князь Александр Михайлович признавал: «Трон Романовых пал не под напором предтеч Советов или же юношей-бомбистов, но носителей аристократических фамилий и придворных, знати, банкиров, издателей, адвокатов, профессоров и других общественных деятелей, живших щедротами империи».

Февральская революция

Как писал британский историк Ричард Пайпс, к концу 1916 года все политические партии и группировки объединились в оппозицию к монархии. Они считали, что в российском кризисе повинен был не сам режим, а люди, стоявшие у кормила власти, – императрица-немка и Распутин. И стоит убрать их с политической арены, считали они, как «всё пойдёт хорошо». Достаточно было искры, чтобы весь негодующий люд обрушился на правительство и царя.
Поводом к массовым беспорядкам в Петрограде послужило увольнение около 1 000 работников Путиловского завода. Начавшаяся 23 февраля (по новому стилю 8 марта) стачка рабочих совпала с многотысячной женской манифестацией, организованной Российской лигой равноправия женщин. «Хлеба!», «Долой войну!», «Долой самодержавие!» – такими были требования участников акции.
К вечеру 27 февраля на сторону восставших перешёл фактически весь состав Петроградского гарнизона – около 160 тысяч человек. Командующий Петроградским военным округом генерал Сергей Хабалов был вынужден сообщить: «Прошу доложить Его Императорскому Величеству, что исполнить повеление о восстановлении порядка в столице не мог. Большинство частей, одна за другой, изменили своему долгу, отказываясь сражаться против мятежников».
Февральская революция оказалась той невозвратной точкой, после которой Россия встала на путь саморазрушения. «Решительное устранение самодержавного режима и полная демократизация страны» (о чём так грезили либералы) в итоге обернулись не только крахом либеральных идей, но, что самое страшное, неисчислимыми бедствиями для страны.

Отречение

События февраля 1917 года вынуждали находящегося в Ставке Николая II предпринимать неотложные меры. «Положение серьёзное. В столице анархия. Правительство парализовано. Растёт общее недовольство. Части войск стреляют друг в друга. Необходимо немедленно поручить лицу, пользующемуся доверием, составить новое правительство. Медлить нельзя», – докладывал 26 февраля в телеграмме императору председатель Государственной думы Михаил Родзянко.
Однако Николай отказывается как-либо реагировать на это сообщение: «Опять этот толстяк Родзянко мне написал разный вздор, на который я ему не буду даже отвечать». Не реагирует он и на последующие панические телеграммы Родзянко, который предрекает, что в случае бездействия «крушение России, а с ней и династии, неминуемо».
Кто знает, как повернулась бы история, если бы император решил немедленно выехать в Петроград. По словам историка Георгия Каткова, ближайшее окружение императора в Ставке ожидало от него двух вещей: чётких указаний, как действовать в связи с мятежом, и программного заявления, которое успокоит страну и хотя бы временно удовлетворит либералов.
Вместо того чтобы действовать самому, царь просит прибыть в столицу князя Голицына, которому предоставляет все необходимые полномочия по гражданскому управлению. 28 февраля Николай всё же решает ехать, однако не в мятежный Петроград, а к семье в Царское Село. Однако добраться до конечной цели не удалось, император был уже не властен в своей стране. Отречение от престола лишь поставило точку под безысходностью положения.
Историк Пётр Черкасов, избегая крайних оценок правления Николая II, отмечает трагедию личности последнего русского царя – «человека глубоко порядочного и деликатного до застенчивости, верного своему долгу и одновременно ничем не выдающегося государственного деятеля, пленника раз и навсегда усвоенных убеждений в незыблемости завещанного ему предками порядка вещей».

Октябрьский переворот

Если вдохновителями Февральской революции были представители думской оппозиции и буржуазных элит, то Октябрьский переворот был спланирован набравшей силу и популярность партией большевиков. Всё это делалось под боком у совершенно беспечного Временного правительства, которое вместо неотложных мер по нормализации положения в стране продолжало вести политические дебаты.
В октябре 1917 года агонизирующая и распадающаяся Россия, объявленная Керенским Республикой, едва сдерживала натиск германских войск, приближавшихся к Петрограду. В этой обстановке в Петрограде вспыхнул военный бунт, во главе которого стояли лидеры большевиков – Владимир Ульянов (Ленин) и Лев Бронштейн (Троцкий). В результате решительных и тщательно спланированных действий самая радикальная из российских партий почти без борьбы захватила власть в парализованной и разлагающейся стране.
Курс на вооружённое восстание был принят большевиками ещё в августе 1917 года. Но только в конце сентября, когда большевики возглавили Петроградский и Московский советы, новая революция приняла реальные очертания. Тем не менее участник событий 1917 года, историк Сергей Мельгунов полагал, что захват власти большевиками не был неизбежен. Неизбежным его сделали конкретные ошибки Временного правительства, которое имело все возможности предотвратить переворот.
Произошедшее в ночь с 24 на 25 октября восстание явилось для многих неожиданностью. Временное правительство готовилось к вооружённому выступлению полков гарнизона, но вместо этого отряды рабочей красной гвардии и матросов Балтийского флота методично завершали давно начатую Петроградским советом работу по превращению двоевластия в единовластие.
Уже к концу 1917 года советская власть была установлена в Центральном промышленном районе страны. Однако вместе с этим большевики ничего не смогли сделать с набравшими силу сепаратистскими движениями, откалывавшими от бывшей империи один кусок за другим – Финляндию, Польшу, Прибалтику, Белоруссию, Украину, Закавказье. Только спустя годы этот процесс обратится вспять.

Международное рейтинговое агентство Standard & Poor»s
вынесло приговор нашей стране. Суверенный рейтинг, который оценивает платежеспособность
правительства РФ как заемщика в иностранной валюте, остался на прежнем низком
уровне BBB-. Зарубежные
аналитики говорят, что рейтинг в обозримом будущем останется стабильным. Но это не предвещает ничего хорошего.

К плюсам нашей экономики можно отнести низкий
государственный долг и значительные резервы. К тому же рост цен на нефть в
последние месяцы частично сгладила удар санкций. Тем не менее экономика РФ остается
«структурно слабой», зависит от экспорта и нефти газа (45% всей
валютной выручки) и «существенно ограничена» в своем развитии из-за
«доминирующей роли государства, неблагоприятного инвестиционного климата и
неблагоприятной регуляторной среды», говорится в пресс-релизе рейтингового
агентства.

В ближайшие четыре года (пока сохранится нынешний режим
санкций) зарубежный бизнес будет десятой дорогой обходить нашу страну, сокращая
вложения в ее реальный сектор. Мы не сможем привлекать из-за границы современные
технологии. Это создаст неопределенность для потенциальных инвесторов и вынудит
Москву гасить внешний долг, что «съест» до 60% всех валютных
поступлений. Каждый год Россия будет терять прямые иностранные инвестиции в
объеме 1-1,1% ВВП, или около $15 млрд в денежном выражении.

Российский ВВП на душу населения в среднем вдвое ниже, чем у
стран с аналогичным рейтингом. Темпы экономического роста останутся в ближайшие
годы вдвое ниже среднемировых, несмотря на обещания президента Владимира
Путина. В этом году ВВП вырастет всего на 1,6%, в 2019-м – на 1,7%, в
2020-2021 гг. – на 1,8%. Одновременно продолжит слабеть рубль. К концу года
стоимость доллара достигнет 64 руб., в 2019 г. она составит 66,8 руб., в
2020-м – 69 рублей.

В S&P предупредили, что США в любой момент могут
ужесточить санкции, и тогда положение дел в российской экономике усугубится.
Проанонсированные правительством реформы едва ли дадут положительный результат,
поскольку все предыдущие попытки отличались «низкой
результативностью», напомнило агентство. «Ждать ослабления роли
государства в экономике не приходится», – подытожили аналитики, отметив,
что именно неэффективное государственное управление и сырьевая структура
экономики служат главными препятствиями для повышения рейтинга.

Российские эксперты не видят ничего страшного в присуждении
нашей стране низкого кредитного рейтинга и даже находят в этом позитив. «Агентство
дает позитивные комментарии относительно возможности повышения рейтинга, это
позитивный сигнал, и реакция может быть позитивной», – приводит РИА «Новости»
мнение главного экономиста Евразийского банка развития Ярослава Лисоволика.

Если будут реализованы анонсированные Министерством
экономического развития меры «относительно существенного наращивания роста
инвестиций и улучшения инвестиционного климата… и мы увидим экономический рост,
думаю, это будет ключевым критерием для S&P и других рейтинговых агентств в
пересмотре вверх российского рейтинга», заключил специалист.

Россия всё глубже погружается в трясину государственного кризиса. Её институты не справляются с задачей адекватного реагирования и устранения угроз. Это погружение в кризис происходит медленно и потому люди на психологическом уровне успевают к нему приспособиться и привыкнуть. Люди ко всему привыкают — практика гитлеровских концлагерей дала этому феномену колоссальный реальный опыт. Самые ужасные условия существования, если их нельзя избежать, становятся приспособленной реальностью. Но несмотря на то, что народ привыкает к погружению в нищету и к прогрессирующему ослаблению и разложению властной верхушки, процесс разложения неумолимо продолжается. Метр за метром скрадывает он территорию, на которой обосновалась ныне правящая в России группировка. В чём выражается этот кризис?

В постоянном усилении нескольких главных тенденций, возникших на заре установления в России власти новой буржуазии. Преодолеть эти губительные тенденции не удаётся ни одному правителю после 1991 года и они лишь усиливаются, подобно метастазам, проникающим в разные органы общественного тела.

1. Непрекращающийся структурный кризис экономики — даже в нулевые годы рост торговли, строительства и банковского сектора был основан на доходах от экспорта сырья и энергоносителей, колоссальном импорте и кредитной накачке населения, тогда как в обрабатывающей промышленности прогрессировал и продолжает прогрессировать развал и падение. Заводы закрываются массово, превращаясь в торговые центры или площадки для складирования контейнеров с импортом. Даже прогресс в свиноводстве, птицеводстве и производстве зерна основан на импорте зарубежного оборудования ферм и техники, что не опровергает, а подтверждает главную тенденцию на архаизацию структуры промышленности. В семенном деле и яйцах, например, Россия полностью находится под властью импорта — у нас нет селекционного производства, оно убито. Исключением является ВПК, так как от его состояния зависит безопасность властвующей группировки.

2. Засекречивание реальной статистики и превращение её в инструмент пропаганды. пользующийся сфальсифицированными данными, есть признак того, что власть боится свидетельств своей неспособности поправить экономику, но хочет спрятать все доказательства этого.

3. Правящая прослойка связана корневыми интересами с Западом и выходит за пределы России в своих источниках финансирования и существования.

4. Нарастание бедности и вопиющего социального расслоения продолжается. Неравенство создаёт вопиющую социальную несправедливость.

5. Неудержимая коррупция стала частью государственной машины, что позволяет атаковать государство извне, формально атакуя коррупцию.

6. Непотизм кланово-олигархического уклада власти — во власть попадают исключительно на основе личной преданности, получая на кормление целые куски территорий и отрасли, и потом вельможные чиновники отдают своим детям ведущие корпорации и банки.

7. Все эти процессы сопровождаются медленным, но неуклонным ростом общественного недовольства и деградацией морали и гражданской мотивации.

Таким образом, кризис нынешней российской государственности есть кризис её капиталистического общественно-политического строя. Её экономического базиса. Кризис капитализма создаёт в России кризис тотальный: экономический, идейно-духовный. политический. Суммируясь, все эти кризисы создают кризис имеющейся государственной системы, кризис государственности.
Движущие силы кризиса.

В России капитализм неизбежно принял черты колониального, ублюдочного и периферийного. Капитализма, где возродились черты даже феодального и рабовладельческого укладов. Такая гремучая смесь не может не создавать того, что Ленин зазвал «теорией слабых звеньев» в мировой капиталистический системе: существование нескольких укладов порождает небывалое обострение противоречий и приближает революционную ситуацию, когда верхи не могут править по-старому, а низы не хотят по-старому жить.

В таких ситуациях общество поляризуется на сторонников развития капитализма и сторонников его ограничения, тех, кто в том или ином виде симпатизирует социалистическим преобразованиям, приходит к осознанию их неизбежности и необходимости. Споры вызывает не сам факт признания необходимости социализма, а та или иная его модель. Сторонники социализма в разных его видах образуют лагерь так называемых «государственников» и «патриотов», сторонники развития капитализма образуют лагерь «либералов».

Никакие призывы подняться над классовыми противоречиями в классовом обществе не могут иметь успех. Они лишь обнажают умственную неадекватность тех, кто этими призывами занимается. Сознание всё-таки определяется не призывами, а бытиём. И если для всё более растущего числа людей это бытиё катастрофическое, сползающее к кризису. то никакие призывы не замечать обострившихся общественных противоречий не помогут предотвратить обострение политического противостояния богатеющих богатых и беднеющих бедных. Реакция ещё никогда и нигде не побеждала в долгосрочной перспективе, хотя ей удавалось на время «подморозить», затормозить ход социальных преобразований. Но потом они совершались скачком, через путь хаоса и насилия — не эволюцией, а революцией. Такова плата за уклонение от решения назревших проблем вовремя.

Либералы в России сейчас усиливают свой ресурсный потенциал. Они обладают более современными политтехнологиями, медийным, кадровым и финансовым ресурсом. Есть у них и административный ресурс. Они поддержаны Западом. В России назревает не социалистический, а именно либеральный революционный переворот. Если он случится, Россия прекратить своё историческое существование как единое государство в Евразии. Не видеть этого может только слепой.

Патриоты-государственники полностью парализованы тем, что в своё время они полностью встали на поддержку власти, закрыв глаза на её пороки. Свою позицию патриоты объясняли необходимостью постепенно трансформировать изъеденное пороками государство. Таким образом патриоты встали на поддержку лично Путина как главы государства. И тем самым потеряли субъектность, став продолжением испытывающего тяжёлый кризис государства. При этом патриоты в в полном смысле частью государства не стали, а превратились в нечто маргинальное, существующее между системами. Не оппозиция, не власть, а непонятно что. Патриоты утратили организационные контуры, примкнули к государству, будучи не в силах его изменить. И тем самым они попали в либеральный капкан. Их стреножили и нейтрализовали именно либералы, сыграв на ценностях патриотов. Теперь либералы набирают обороты в критике государства, а патриоты, связанные стратегическими соглашениями с властью, молчат. Кризис либерального государства в первую очередь ударил не по либералам, а по их оппонентам — такой вот получился парадокс.

В народе говорят: «Никогда не садись с чёртом наперегонки суп хлебать — у него всегда ложка длиннее будет». Государственники забыли классовый подход к анализу политики, забыли науку политэкономию — и потому попали в эту ловушку. Завели общие разговоры о прогрессе и развитии, забыв, что носителем прогресса бывает только определённый класс. Не бывает прогресса вообще. В России сейчас правящим классом является буржуазия, которая органически не способна к прогрессу. Она способна лишь к измене национальным интересам и регрессу. Забыв эти азы, патриоты обрекли себя на поражение. Они согласились с правом компрадорской буржуазии на политическую власть. Они хотели только немного её подправить. Сделать такой «капитализм с человеческим лицом». Сели с либеральным чёртом соревноваться и проиграли ему с треском.

Власть растеряна, хотя старается это тщательно скрывать. Денег у государства больше нет. Нет ни развития промышленности, ни социальных программ. Нет идей и стремительно тает авторитет. Дыры бюджета растут и затыкать их нечем. Израсходован ресурс обещаний, которые были даны, но так и не выполнены. Фактор Крыма исчерпан, на поверхности вновь прежние язвы. Коррупция полыхает как пожар, несмотря на отдельные показательные отставки, за которыми не следует посадок. Ничего, кроме противопоставления силы ОМОНа и Росгвардии нарастающему недовольству у власти не осталось. Всякие прикормленные властью «Антимайданы», одиозные «Наши» и погрязшие в мелкотемье «Народные фронты» не оказывают на общественное мнение уже никакого влияния. Телевидение стало помойкой сплетен и низкопробных скандальных шоу, от которых молодёжь уходит в интернет, где правит либеральная оппозиция. Нет экономической модели развития, а есть либеральная буржуазная модель, которая исключает преодоление кризиса и одоление бедности.

Кризис капиталистической государственной модели России вовсе не есть кризис России как формы существования народов, её населяющих. Со всё большей очевидностью становится ясным: капитализм в России не может быть прогрессивным и суверенным, он может быть только периферийным и зависимым. Не тот климат, не та география. И, соответственно, не тот народ. Такой капитализм ставит Россию на неминуемую грань уничтожения. Капитализм не дал и не может дать России ни процветания, ни развития, ни справедливости. Русские могут долго терпеть нужду, но привыкнуть к несправедливости, смириться с ней они не смогут никогда. Перспективы у буржуазной России в принципе нет. Стать частью глобального капитализма, сохранив субъектность, Россия не сможет.

Неизбежный дрейф ищущих выживания элит в сторону вынужденного признания разумности основ социализма повлечёт в ближайшее время их раскол и столкновение. В поисках стратегии выживания социализм обретает черты стратегии, единственно возможной для России и её народа. Ясно, что нынешняя элита не будет признавать этот факт и продолжит существовать в рамках существующей парадигмы. Но тем самым она ускорит своё падение и крах её капиталистической государственности. Тесто социализма в России пока не перебродило окончательно, ещё требуется время для исторического реванша, для вызревания новых общественных сил и ухода с арены сил старых, но никакие заблуждения части элиты и ориентирующихся на них масс не остановят общей закономерности развития исторического процесса: капитализм как система для России невозможен и критически опасен. Иллюзии закончились, просто кто-то осознал это раньше, а кто-то позже.

Признание этого факта не означает, что будут заимствованы прошлые модели. Это невозможно и не нужно. Модели будут другими. Но принципы останутся прежними. Будет синтез, но с преобладанием социалистических основ. Россия может существовать только как страна системного антикапитализма. В этом её историческая особенность.